Лечение наркомании в
Котласе

Довезти человека — это отдельная задача

Святослав Титов

Исполнительный директор клиники «СтопЗависимость»

Проконсультироваться

Из каких этапов состоит лечение, как устроена поездка в клинику и что делают с сопротивлением

Маршрут известен и меняется мало: снять отмену, восстановить сон и способность соображать, стабилизировать психику, пройти реабилитацию, затем год-два сопровождения. Обрывается он чаще всего на втором шаге. Физическая часть уходит за трое-четверо суток, телу становится хорошо, и человек в эту минуту искренне уверен, что справился. Ещё через две-три недели влечение возвращается уже без всякой физики — навязчивой мыслью, с которой нечего делать. Поэтому о продолжении договариваются заранее, пока ещё тяжело, а не после того, как стало легко.

Тактика целиком зависит от вещества, и первый разговор поэтому подробный. Опиаты дают тяжёлую телесную ломку, требуют обезболивания, инфузий и препаратов для сна, а после отмены хорошо работает блокада налтрексоном. Стимуляторы тело почти не ломают, зато обрушивают психику: несколько суток без сна, затем провал, апатия, подавленность вплоть до мыслей о смерти, и здесь первым нужен психиатр, а не капельница. Синтетические курительные смеси стоят особняком — о них отдельно на странице про лечение от спайса. Сочетания нескольких веществ встречаются чаще, чем в этом признаются, и меняют схему целиком.

Дальше начинается то, о чём в объявлениях не пишут: человека надо физически доставить туда, где его будут лечить. Реабилитация почти всегда проходит с отъездом, и это скорее плюс — старые контакты находят человека быстрее, чем он успевает окрепнуть. Поездку собирают заранее: место и сроки согласуют, билеты берут на конкретный поезд, с человеком едет сопровождающий, потому что дорога в одиночку после отмены заканчивается предсказуемо. Собирают документы, сменную одежду, гигиену, постоянные лекарства с назначениями. Отправляться лучше не в день выхода из отмены, а через сутки-двое, когда состояние ровнее.

В самой дороге есть свои сложности, и о них честнее сказать заранее. Человека может тошнить и знобить, он будет плохо спать, раздражаться и не раз скажет, что передумал. Задача сопровождающего — не спорить и не читать нотации, а довезти: держать при себе билеты и деньги, не оставлять одного на пересадках, не давать никаких таблеток сверх назначенных врачом, при ухудшении звонить, а не решать самому. Заставить взрослого ехать нельзя ни при каких обстоятельствах — принудительное лечение назначает только суд, — и любые «услуги по доставке против воли» означают преступление, чем бы их ни объясняли.

Сопротивление при этом почти неизбежно, и это часть болезни, а не упрямство. Не работают ультиматумы, слежка за телефоном, обыски и угроза выставить из дома, произнесённая в двадцатый раз. Работает мотивационная беседа со специалистом, который приезжает и разговаривает без обвинений, и последовательность семьи в бытовых вещах: перестать давать наличные, перестать закрывать долги, перестать врать за него на работе. Реабилитация длится от месяца до полугода в зависимости от вещества и стажа, а после неё нужны сопровождение и план на первые месяцы дома — именно этот этап пропускают чаще всего.